Достояние павших  - Сергей Малицкий

Вот имни достигли докатившихся до них яблок, половина из них поскользнулась, закувыркалась, чтобы вскочить через мгновение на лапы и продолжить бег, двое чуть замедлились, а двое вырвались вперед и один за другим полетели кубарем со стрелами в пастях. Через мгновение то же самое сделали еще два зверя. А еще через секунду навстречу оставшейся четверке ринулись Пайсина и Ойга с обнаженными мечами, и сплелись с ними в мохнатый и рычащий клубок.

– Все! – закричал через секунду Джор. – Все! Колдуны готовы! Еще минуту назад! Юайс возвращается, говорит, чтобы мы быстро спускались к развилке!

– Дайте хоть отдышаться! – услышала Гаота голос Пайсины и поняла, что сидела последние секунды зажмурившись, потому что где-то рядом Йора и Дина беспрерывно визжали.

– Тихо вы! – прикрикнул на них Бич, убирая меч в ножны. – Хватит визжать. Все кончилось. Опять от меня никакого толку.

– Разворачивай лошадь, – вытерла пот и кровь со лба Пайсина. – Ты как, Ойга?

– В порядке, – ответила та, и тут только Гаота разглядела разбросанные по дороге тела. – На мне только чужая кровь. Этот противник был не самым страшным из тех, с которыми я сталкивалась. Хотя, надо признать, что таких крупных имни я еще не видела.

– Да, – кивнула Пайсина. – Эй! Друзья мои! Нечего пялиться! Быстро вниз! Мыться и делиться впечатлениями будем потом! В Абиссе уже поняли, что девочка от них улизнула.

– Но еще не поняли, что части их отряда уже нет, – засмеялся Джор.

– Юайс уже внизу! – закричала Йора.

– Сейчас, – восторженно пискнула Дина. – Я только выдерну эти четыре замечательных стрелы! Я же про это целый год буду рассказывать! Просто ужас какой-то!

– Скоро кому-то будет больно, – хмыкнул Бич.

– Это почему же? – пискнула на руках Гаоты, которая не успела спрыгнуть с телеги, Глойна.

– Верхом дальше поедем, – объяснил Бич. – А особого навыка у нас в этом нет. Говорят, по первому времени задница очень болит.

– И что мы теперь будем делать? – испуганно прошептала Йора, держась за край телеги, которая покачивалась, переезжая мертвых имни. – Лошадей-то десять, с нашей Птичкой одиннадцать, с лошадью Ойги – двенадцать, а нас с Глойной и Ойгой – девять всего!

– Если бы с нами был Брок, он бы поехал сразу на двух, – прищурился Бич, гордо оглядываясь на поверженных врагов.

– Главное, что он не был бы среди этих… – прошептала Гаота.

– А насчет лошадей – договоримся, – кивнула Пайсина.

Мягкие места у них перестали болеть на исходе второй недели. Они делали в день чуть ли не полсотни лиг, и все равно добрались до Курсы лишь на пятый день. А потом дорога стала хуже и скорость пришлось снизить. На пять сотен лиг старого тракта вдоль Курсы до Рэмхайнской пустоши ушло больше трех недель. Слишком часто приходилось спешиваться и то преодолевать лесные завалы, то обходить затопившее дорогу болото. Юайс качал головой и повторял, что планы у Гантанаса на возрождения этого тракта хороши, но неплохо было бы привести его в порядок, а тут никаких сил и средств не напасешься.

– Само наведется, – отвечала ему Пайсина. – Была бы уверенность у купцов, что никто их здесь не тронет, и будет тебе и тракт, и обозы. Через Абисс с севера идет очень много товара. И в обратную сторону тоже.

– Увидим, – думал о чем-то своем Юайс.

Глойна, которая за это время сроднилась с каждым в отряде, хотя чаще всего на привалах висела на шее Дины, наконец отмылась и щеголяла в новом платье. Во время ежедневной скачки она сидела сначала перед Ойгой, а когда перед началом Рэмхайнской пустоши та ушла на тэрский тракт, забрав с собой двух лучших коней, что принадлежали самонадеянным черным колдунам, облила ее платье слезами и пересела на лошадь Пайсины. Юайс с помощью Гаоты и Джора слепил из мелких амулетов и бусинок что-то вроде ожерелья, и теперь Глойне не приходилось напрягаться, чтобы быть видимой. Хотя Бич, отходя на привалах до ветру, все равно беспокоился и просил Дину присмотреть за неугомонной девчонкой. Когда дело близилось уже к середине лета, начались дожди. Юайс разорвал парусину на плащи, а на стоянках устраивал навес из еловых ветвей. Гаота смотрела по сторонам, дивилась вековым деревьям, лысым холмам и то там, то здесь показывающимся из-под земли древним руинам и не могла понять, отчего об Рэмхайнской пустоши идет такая дурная слава? Когда отряд миновал почти всю пустошь, Юайс вывел его на берег Чида и повел на восток по берегу, пообещав, что тракт всего лишь один раз пересечет реку, и это будет мелководная Каменка при ее впадении в Чид. Как оказалось, дожди прибавили в ней воды, и брод вздулся и вышел из берегов. Спокойная возле Белой Тени река теперь бурлила, углубившись до пяти локтей и готова была затащить в холодные воды Чида всякого.

Юайс спешился, подошел к берегу, прикидывая, стоит ли подниматься вверх по течению, лишние лиги никак не приблизили бы их к Приюту, да и не было вроде на Каменке брода вплоть до Белой Тени, но в это время Джор вскрикнул, а Пайсина, оглянувшись, заметила в отдалении отряд. До него было около трех лиг.

– Проклятье, – только и успел вымолвить Юайс. – Догнали!

– Песок! – спрыгнула с лошади Дина и закричала вытаращившему на нее глаза Бичу. – Песок собирай. Пустой мешок, суму, что угодно! Нужно ведро песка!

– И как же нам это поможет? – сдвинула брови Пайсина.

– Кажется, я знаю, – обрадовался Юайс. – Ты ведь именно так спаслась в море? Да?

– Не помню я ничего, – пробурчала Дина. – Песок готовьте. Времени мало.

– И веревку, – встала рядом с ней побледневшая Йора. – Только очень прочную, если не хотите меня потерять. И одеяло. Самое теплое. Глойна, – она посмотрела на девчонку, которая уже готовилась зареветь от страха, – все будет хорошо. У нас своих не бросают, не бойся.

Дина прикусила губу, опустилась на колени и положила руки на воду. И пока Гаота вместе с Пайсиной сначала перевязывали за пояс Йору, прихватывая веревку другим концом к седлу самой сильной лошади, так и стояла, пока буруны, бьющиеся под ее ладонями, не стали обращаться в лед.

– Ты тоже умеешь фокусы? – обрадовался было Бич, но тут же осекся, потому что на его глазах Каменка прихватывалась полосой льда до противоположного берега, и ее же волны, перехлестывая через ледяное сооружение, замерзали поверху, образуя плотину, и те потоки мутной воды, что не вмещались под ней, начали разбегаться по низкому берегу вправо и влево.

– Чего стоишь, дурак? – прошипела Дина, глядя на остолбеневшего Бича и слизывая текущую из носа кровь. – Сыпь песок. Мост скользкий! И быстро! Враг уже рядом!

Юайс перевел отряд за пару минут, но враг почувствовал неладное, только когда на этом берегу остался один наставник. Он подхватил на руки обмякшую, потерявшую сознание Дину и перенес ее по ледяному мосту на другую сторону, и выхватил меч, но навстречу мчавшимся к переправе воинам Черного Круга выскочила маленькая Йора и, подпрыгнув, обратилась в тяжелый камень, который рухнул на мост и обратил его в глыбы уплывающего в Чид летнего льда. Юайс тут же стеганул лошадь, и она выволокла из воды разевающую рот и кашляющую голую Йору. Пайсина тут же бросилась к ней с одеялом.